Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Чего полковники МВД не знают о своих детях

Если помните, был у нас такой герой подполковник, "борец" с экстремизмом, который визгом уверял, что это мы (видимо, то ли Запад, то ли оппозиционеры, к которым особо одаренные сотрудники меня приписывать исхитряются, то ли и те и другие) приносим всякую бездуховность и педофилию на Русь, где у них такого нет. Ну вот нету у них здесь такого, это всё им Запад нанёс. Это всё скрепы подрывающие, враги России привили, те самые, с которыми Центр Э доблестно борется.

Так получилось, правда, что ребенок этого героя при этом (того самого, у которого Россия - осажденная развращенным Западом страна розовых пони) задавала в Интернете своеобразные вопросы, спрашивала у общественности совета о странных ситуациях, вот именно таких, о которых папе и маме не расскажешь, будь они трижды полицейские.
Такие вопросы рано или поздно задают все подростки, потому что почти все с этим рано или поздно сталкиваются. Кого-то проносит, а кого-то и нет. И потому что их не научили, что делать, когда вот это, странное, страшное и липкое, с тобой встречается и начинает протягивать к тебе щупальца. Потому что в России же этого не бывает. Это в США развращенное общество тратит гигантские усилия полиции и школы, чтобы разъяснять детям, как это бывает и что делать. А куда пойдет российский ребенок? Правильно, никуда. Будет держать в себе. Или пойдет во двор, в Интернет. А там расскажут, да... объяснят, что это не дядя и не тетя виноваты, это она или он неправильно себя ведет, не подчиняется старшим, спровоцировала малолетка.

Тогда я пообещала посвятить на то время подполковнику лично и всему составу "борцов за порядок", у которых Россия высокодуховная, чистая как капля спирта, страна, окруженная врагами "антологию страшных историй из жизни". Где, к сожалению, не будут фигурировать "пидарасы с вражеского Запада", ну никак.  Но я человек медлительный, однако, с памятью у меня пока всё нормально. Я ничего никому никогда не забываю.

...За эти три года у по крайней мере троих моих знакомых, вопивших, что всё это наглая ложь, с их детьми такое никогда не случится, потому что они своих детей "правильно воспитывали", дети пережили сексуальное насилие. В одной семье дочка-подросток (которая почти росла на моих глазах и которой сегодня 16 лет) за год подверглась групповому изнасилованию сверстниками дважды. Об этом она рассказала мне, когда медицинские проблемы уже невозможно было игнорировать, ночью, плача в телефон.
Родители этих детей продолжают рвать глотки, что все рассказы - злостная, вражеская выдумка, что у них такого не случается. Потому что их дети ничего им не рассказывают. Эти дети рассказывают свои парализующие, заставляющие мои руки тянуться к старому топору от прежних жильцов, истории психологам кризисного центра (тем самым, которые иностранные агенты, враги России, и лишены всех средств к выживанию, да ещё и подвергаются нападениям борцов за духовность (которых ЦПЭ должен бы ловить, но на деле радостно потворствует).

И мы решили не травмируя дальше никого деанонимизацией, просто просвещать полковников и прочих доблестных стражей порядка и не стражей о том, как в их стране на самом деле бывает.
И немножко рассказать им о их детях и о том, о чём их дети молчат. О чём никому не рассказывают, потому что педофилов в России нет. А если и есть, то они пришли недавно с Запада, запущены Обамой, и пристают только нехорошим, недуховным, понахватавшимся с Запада всякого детям.

Весной я приеду в МСК читать лекции, вместе с Центром, для сотрудников российской полиции на тему Торговли Людьми, Преступления против неприкосновенности несовершеннолетних и преступления против половой неприкосновенности. Возможно, будет также открытый курс лекций в Москве (куда приглашаю всех вас, кому интересно). Мы также работаем над курсом обновленных инструкций, как говорить с ребенком на тему насилия.

А пока это первая часть нашего проекта "100 Историй Насилия".
Истории, которые именно родители о своих детях не узнают никогда или узнают последними.

Я держу свои обещания, Александр Владимирович. Вы все отлично "ловите" простых безопасных "несогласных", стряпаете липовые протоколы, но никогда не сможете ни защитить, ни защититься от беды.


И приношу особую благодарность не только журналистам, взявшимся написать на тему, но и директору Центра Сёстры Марии Моховой за её терпение в выслушивании того бремя стресса, которым для меня сопровождается работа с этими историями, и ценные советы, помогающие разобраться в ситуациях и чувствах пострадавших.

Кстати, у нашей Лии вышла новая книга по Безопасности для Детей

Collapse )












































Почему много жертв изнасилования не сопротивляются и не кричат? (и что делать со страхом)

{В рамках ежегодных 16 Дней Против Насилия}

Почему жертвы изнасилования редко сопротивляются (по согласованным с проф. Виноградовым нашим подсчетам - по которым мы пришли к консенсусу - сопротивление оказывают около 10% подвергающихся угрозе насилия).
Почему много жертв изнасилования не сопротивляются и не кричат?
James W. Hopper - независимый консультант и инструктор психологии в Департаменте Психиатрии Медицинской школы в Гарварде. Он провел исследование нейробилогических основ травмы и тренирует дознателей, обвинителей и судей. В этой статье он предлагает объяснение, почему люди не всегда реагируют на нападение так, как могут от них ожидать.

В ситуации нападения мозгом жертвы управляет страх. Префронтальная кора головного мозга может выйти из строя, и все, что может остаться – это рефлексы и привычки.
Применение знаний о нейропсихологии травмы к делам тех, кто подвергся сексуальному насилию, может сыграть важную роль в поддержании лечения и восстановления после нападения и в поддержании справедливости правосудия.

Например, застывание на месте - это базовая реакция мозга на обнаруженную опасность, особенно в случае нападения хищника. Подумайте об олене в свете фар.
Как сказала одна жертва нападения: «Я не сказала «нет», но на самом деле я вообще не знала, что мне делать. Я просто как будто застыла».
Застывание происходит, когда миндалина – ключевая структура в работе мозга в состоянии страха - обнаруживает атаку и сигнализирует мозгу замедлить все движения. Это происходит в одно мгновение, автоматически и без сознательного контроля.
Это ответ мозга, который быстро переводит тело в состояние бдительности для отслеживания атак и анализа возможностей побега. Зрачки расширяются. Слух становится более острым. Тело нацелено на борьбу или бегство. Но, как мы увидим, совершенно не обязательно чтобы последовало одно из этих действий.
Одновременно с реакцией застывания, страх запускает волну химических веществ, вырабатывающихся во время стресса, которая поступает в префронтальную кору головного мозга, ту область мозга, которая позволяет нам мыслить рационально – на-пример, вспомнить открыта ли дверь спальни, или, что люди находятся в комнате по соседству, и использовать эту информацию. Но всплеск химических веществ быстро ухудшает работу префронтальной коры головного мозга. Это потому, что, несмотря на нашу доминирующей роль на планете в настоящее время, мы эволюционировали как добыча, и когда лев или тигр преследуют нас, любая пауза для размышлений может оказаться фатальной.
В самом деле, никто не понимает лучше, чем военные, что страх ухудшает работу нашей префронтальной коры и способность к здравому размышлению.

Когда летят пули и течет кровь, вам лучше иметь несколько действительно эффективных привычек, на которые вы научились полностью полагаться. Вот почему боевая подготовка является строгой и повторяющейся.

Но что если вы стали жертвой нападения на сексуальной почве и у вас нет эффективной привычки, которую вы выучили?
Что делать, если вы женщина, и у вас есть только те приемы, на которые вы привыкли полагаться, чтобы предотвратить нежелательные сексуальные авансы - как на-пример, фраза "я должна идти домой" или "ваша подруга узнает"? Эти фразы, и пассивное поведение, которое как правило следует им, могут быть вашей единственной реакцией до тех пор, пока не станет слишком поздно.

Бессчётное количество жертв сексуального насилия описывали свои подобные ответы. И слишком часто полицейские, официальные представители и даже друзья думают либо даже громко говорят вслух – «Почему Ты не убежала из комнаты?», «Почему ты не кричала?».

Когда страх поглощает тебя и работа префронтальной коры нарушена, привычки и рефлексы могут быть единственным, что у нас остается.

И если мозг воспринимает побег, как невозможное и сопротивление как бесполезное, тогда не «дерись или беги», но крайние рефлексы выживания (которые ученые называют "защитные реакции животных») возобладают. Они могут автоматически активироваться, когда тело находится в тисках хищника - и когда, как половина жертв изнасилования позже рассказывают, мы боимся смерти или серьезной травмы.

Один из таких рефлексов неподвижность. В замораживании, мозг и тело нацелены на действие. Но при неподвижности, тело буквально парализовано страхом – вы не в состоянии двигаться, говорить или кричать. Тело становится жестким. Руки могут неметь.
Некоторые люди описывают это состояние как состояние «тряпичной куклы», когда нападающий может делать все, что он хочет. А из-за быстрого падения сердечного ритма и кровяного давления некоторые люди могут чувствовать слабость или даже падать в обморок. Многие описывали свое состояние в это время как «сонное».

Слишком часто, начиная с местных отделений полиции и заканчивая залами суда, везде жертвы встречают недоверие: «как вас могли изнасиловать, если вы были сонными»?
Другой, более частый ответ организма – диссоциация: чувство нереальности происходящего, отключение от ужасных эмоций и ощущений от такого нарушения личных границ.
Только если жертва не находится в состоянии наркотического или алкогольного опьянения до бессознательного состояния, в конце концов мозг обнаружит атаку.

Большинство жертв застынет на месте. Некоторые будут эффективно сопротивляться. Некоторые будут сопротивляться привычными, пассивными способами. Некоторые внезапно уступят и расплачутся. Другие окажутся парализованными, отрешенными или упадут в обморок.

Очень немногие, кто испытывал подобное, осознали, что это была реакция мозга на атаку и угрозу. Большинство винит себя за то, что «не смогли» сопротивляться. Они испытывают стыд (особенно мужчины, которые могут чувствовать себя трусами и «ненастоящими мужчинами»). Они могут ничего никому не сказать, даже во время расследования. К сожалению, многие из дознавателей до сих пор не знают о большинстве этих возможных реакций мозга.
Ни одна из этих реакций – не важно, у мужчины или женщины – не влечет за собой согласие или трусость.
Это реакции, ожидаемые от мозга в состоянии страха (такие же ожидаемые, как и неполные воспоминания).

Возможно, когда-то наступит день, когда все, кто знает кого-то, кто подвергся сексуальному насилию будут понимать эти базовые способы реакции мозга на подобные атаки и будут использовать эти знания, чтобы способствовать справедливости.

5 марта

А еще сегодня исполняется 13 лет со дня убийства Светланы Карамовой.
Светлана не была ни политиком, ни выдающимся деятелем, писателем, общественником или журналистом.
Ей просто не дали шанса стать ни этим, ни кем-либо еще.
Вина Светлана состояла лишь в том, что она была беззащитной молодой девушкой, и красивой при том.
После длительных преследований, запугиваний и домогательств, от которых она отбивалась насколько может отбиваться подросток, Светлану, возвращавшуюся домой, просто запихнули в машину, привезли в сауну "на развлечение" сразу нескольким высокопоставленным чиновникам Башкортостана, она вырывалась, кричала, но ее затащили внутрь, долго и извращенно насиловали, пытали, разорвав всё, что в теле могло мало-мальски сойти за отверстие.
Потом отдали на "доедание" привезшим ее младшим милицейским чинам. Потом выбросили использованное тело.
В трупе Светланы почти не осталось целых костей. Расходный материал и только. Просто кому-то было не сдержать свои отклонившиеся инстинкты. Да и зачем сдерживать, когда есть деньги, власть, и большая обида на посмевшую отказать малолетнюю дуру.

Это не страшная история из средневековья или из похождений ИГИЛ. Это сегодняшняя Россия. Повседневная и нормальная. Безнаказанная и на что-то там в будущем надеющаяся.

Collapse )

Вообще, я не думала, что когда-то сделаю эту историю общим достоянием

Такие вещи вообще трудно вербализовать. С ними просто живешь.
Но сейчас пришло время, когда многим из читающих этот пост будет полезно об этом узнать. Для их собственной жизни.
Кое-кто из знающих меня в реале много лет, вспомнят и поймет, про какой случай я говорю. Остальным - предыстория.

Это было уже прилично лет назад. Еще во времена моей работы в "горячих точках", когда у меня не было такой защиты как сейчас (вернее, была, но я про нее не знала, и не зная, что со мной ничего не случится, а опасаясь всего и всея, как все нормальные люди, была нормальным счастливым человеком).
Я не прикалываюсь. я действительно сейчас вспоминаю те времена, как очень счастливые, даже беззаботные. То ли фантомы памяти таковы, то ли нет все же большей тяжести чем избыточное знание, которое ты так хотел бы развидеть, без которого тебе, дураком и невеждой, так здорово жилось.

 Так вот я тогда набрела на очень нехорошее дело, тема торговли людьми и нелегальной переправки, а также принуждения к проституции - это вообще самая страшная из тем наверное, она у нас тогда на повестке сильно была.
Да тогда еще Коалиция Ангел вполне была расположена к сотрудничеству, да и в Управлении К МВД работали вполне себе договороспособные люди (какие сейчас - не знаю).
 Так вот в один прекрасный жаркий вечер, когда ничего не предвещало, что жизнь станет чем-то хуже чем была обычно, меня на улице подхватили под белы руки, привезли в серую комнату (кажется, она темно-коричневая была) и без всяких там блин прав на звонки, на консультации, и на юриста, стали расспрашивать о целях моего пребывания, работы, понимаю ли я, что они мне могут сделать, не боюсь ли, а что если... а вот я просто не понимаю, с чем играю, и вообще заигралась.. ну и так далее, они же примитивны и ожидаемы, блин. И длилось это много часов подряд.

Это вам кажется, что таким в фильмах пугают. А у нас тогда, после Кавказа, такие маневры и удивления то особого не вызывали.

Нет, меня не били и не выдергивали ногти. Ограничились обычным набором "допросительных" инструментов.
 Был май, было невероятно жарко, хотелось пить, от этого кружилась голова, тошнило, и уж сопротивляться психологическому давлению в таком состоянии требует значительно больше усилий чем в нормальных условиях, да в присутствии адвоката.

Фиг его знает, было ли это связано с тем делом, которым я занималась, или что вообще их побудило меня вдруг "попрессовать" - мне это сегодня малоинтересно, да и тогда было не особо важно.

Оказавшись "на свободе", я долго в состоянии аффекта бродила босиком по окружающей местности и хохотала (на нервной почве), пока наконец не добралась до бдящих в ту ночь ребят из Мемориала, и они долго отпаивали меня зеленым чаем и приводили в чувство.

Collapse )

Для чего я это рассказываю?

Collapse )

Некрополь уныло помянул свободу и демократию

Нет, все-таки нет ничего унылее, тухлее, безнадежнее и лицемернее чем российская политическая (да и прочая во многом) интеллигенция! На шкале тухлости они с гопниками делят вечное под Луною золото. На шкале бесполезности они чемпионствуют сразу по первым пяти позициям. Ибо их даже на разрушительную деятельность не хватит.

Усыпить за первые полчаса даже эшников - это дар!
Про меня что говорить. Чего бы им не митинговать часов в 5 утра, когда у меня традиционные муки бессоницы?

Улочки позади Белого Дома вполне вместят ещё пару десятков уютных диссидентских кухонек с их унылыми "песенками свободы", поиском гэбэшных ушей под раковиной, и нескончаемым ностальгированием по мифическому "золотому веку", когда собирались вооооооот такие площади и таааааак свободно дышалось.
 "А вот Семен Семеныч забрался в час "победы демократии" вон на то дерево, сфотографировался там с призывом за Ельцина, и посему история чтит его навечно как самого великого порока демократии. А вот Сара Моисевна привела в тот день на улицы аж половину женсовета синогоги. Родина и демократия ей этого не забудут вовеки!"

Жалкие они. Даже в своей стопроцентно человеческой потребности ну хоть во что-нибудь свято верить.

 Малочисленность митинга заставила записных демократических интеллигентов повздыхать и посетовать, что де победили коварные враги демократии, отняли у нас кровью и беззаветным мужеством добытую предемократическую демократию, пресвободносвободную свободу. Промыли мозги населению, забывшему "наш подвиг", наш праздник. Задавили каналы свободы, заставив непришедшие, необлагодеельствованные миллиарды одуренных лично путеным, поверить, что наши великие-великие-великие события де неактуальны.

Дотянулся проклятый ГКЧП - пришло поминать свободу полторы кале...демократических интеллигента, ибо - да взгляните уже правде в глаза - эти события уже вправду неактуальны, как ни крути.
Они ни о чем. Они - часть той матрицы, в которую вы - политически активные граждане - отчаянно и упорно желаете продолжать верить. И никак не хотите расстаться с этой верой.

 Не коварные чекисты вероломно разрушили вашу демократическую идиллию свободы, как один оратор подозрительно пытался убедить, рассказывая о якобы встрече в верхах ФСБ после вступления Путина в должность в 1999, где последний докладывался об успешном выполненном плане внедрения во власть (блин, такое только от демшизы можно услышать! Кстати, откуда про это прознал он - не уточнил. То ли был одним из тех присутствующих, то ли силы небесные сообщили.)

Это вы сами взрастили то, что сейчас имеете. Вы в том числе. Тем, что являетесь, наряду со всеми своими земляками, носителями одной и той же матрицы, которую прорабатываете веками, при всех строях, режимах и эпохах, на разном фоне, но на один и тот же лад. Ваши алкаемых ценностей никогда не было внутри вас, с этого начнем.
 А вы с бессовестной наивностью - пожалуй, только наивность бывает настолько бессовестной - перечисляете все беды сегодняшнего дня, делая вид, что в 90-е всего этого не было, все было не так, было лучше.

 Вот мне кто-то сказал, что я просто не знаю, как прекрасна была атмосфера свободы, гласности, как дышалось на политических митингах 90х. А все испортили быдло-обыватели (пухнувшие. к слову, с голоду, спивавшиеся и вешавшиеся в то время в захудалой провинции) своей презренной приоритетностью регулярной зарплаты, стабильности и колбасы.
 Только вот незадача: в своем стремлении добиться завидной политической и экономической стабильности и процветания вы упустили фундамент матчасти - а именно, что таковые существуют не как автономные вселенские блага в вакууме. И нужны они не для того, чтобы вам свободой и демократией дышалась атмосфера на митингах. Они именно для того так желанны в мире, чтобы вот эти мелкие презренные обыватели могли спокойно жить своими мещанскими ценностями, заботиться о семьях, зарабатывать на жизнь без унижений, существовать без страха, и да, блин, чтобы народ мог жрать колбасу! И гласность, она, felis joskini!, нужна лишь для того, чтобы облегчать достижение достойной жизни людей, а не чтобы кто-то тупо оргазмировал от собственного ора (фотографирования на фоне автозака) посреди Красной Площади.

И если по-человечески гибель троих молодых людей и вызывает сочувствие, то не в последнюю очередь именно тем, что она была абсолютно бесполезной и ненужной. Не за свободу они погибли, и не за демократию - ни той, ни другой больше не стало. И не станет. Потому как заложены они, и одновременно препятствия к ним, не в персоне Ельцина или его оппонентов, и не в формальном наименовании политического строя. А в головах, начиная с колыбели, кухни, на улице.
А погибли они за массовую наивность, иллюзии, и плюс за чьи-то амбиции. Это извечная участь всех патриотов, борцов за родину, государство, страну, историю, и прочие абстрактные, "групповые" ценности.

Политически активные и судьбами стран и мира озабоченные граждане вообще обречены провести всю свою жизнь в иллюзии. Слишком далеки они от неумолимых реалий природы.




ПС. Какой кремлевскопропагандистcкий мудак дотумкал называть их "западниками"?!! В них западного меньше чем в сожранной червями месопотамской мумии.

PPS. С нетерпением жду "истинных демократов" и многострадальных диссидентов из лагеря батюшки Кротова, которые просто обязаны понабежать и рассказать мне, что я - гнида чекистской провокации, опознанная как преследователь рукопожатных диссидентов аж в 75-ом году, выливая грязь на их светлые интеллигентские образы. Только в этот раз, плз, согласуйте текст с штабом "величайшего правозащитника всех времен", чтобы его не поймали за рассказами, что я - очередной американский шпион.

(скриншоты сохранены)

 Многие из вас знают о нашумевшей истории определенных альтернативно одаренных личностей, писавших на меня огромную череду заявлений в МВД РФ, Прокуратуры Москвы (несколько), правоохранительные органы Соединенного Королевства (летом и осенью прошлого года), о том, что я изволю "телепатически преследовать их, оказывать дистанционное воздействие на их компьютеры, мешая им написать на меня заявления в электронном виде (так как само печатает не то), опознана как штатный сотрудник КГБ и ВСЯЧЕСКИ способствую "кровавой гэбне" упрятать их.
История всех этих заявлений широко известна.

 Не надо думать, что такие личности иссякают.

Итак... известная в узких кругах "полит-беженка" Зарема Гасанова уведомила о намерении подать на меня жалобу за (цитирую): в хоум офис за то, что я "организую ее травлю в Дагестане" вместе с "Нариманом", который якобы угрожает ее родственникам (доказательства оставляем на совести автора). Поводом и сутью моей "травли" послужила вот эта ветвь http://proxodimez.livejournal.com/234886.html
 Которая собственно и является моим единственном опытом общения с Заремой Гасановой, и самым наглядным для меня примером, что из себя представляет эта личность и ее заявления.  Тем не менее, я не исключаю, что госпожа Гасанова предъявит какие-то другие свидетельства "организуемой мной (и видимо, всеми отписавшимися в той ветке участниками) травли". На это очень бы хотелось надеяться, ради самой госпожи Гасановой. И также какие-то мои угрозы, обращения и прочие признаки травли, и пояснения, каким образом я организую эту "травлю в Дагестане" не находясь там и не имея никакого веса в обществе (юристы - NB).
 До этого Зарема Гасанова намекала на возможность подачи на меня в суд за увиденное ее незаурядным умом оскорбление ее по признаку внешних качеств в моем идиоматическом упоминании о эмиграции многих "борцов с властью" как стремлении пристроить безопасно свою пятую точку.

В соответствии с британским законодательством определенные части заявлений Заремы Гасановой являются содержащими угрозы, поскольку все они сохранены, то я надеюсь, Home Office примет это в рассмотрение о степени состояния "пострадавшей".  Равно как и ее стиль написания и предъявления обвинений - психологические экспертизы никто не отменял.
 Если же госпожа Зарема Гасанова предъявит хоть какие-то доказательства организуемой мной "травли" - я буду рада понести заслуженное наказание. Если нет, то встречный иск о клевете она может ждать так же как бренности всего сущного. А это повлечет возможность рассмотрения всех иных ее заявлений как клеветы.

 Я с огромным энтузиазмом жду развития этого потенциально крупного международного скандала, который мог бы многое сделать в изменении отношения и доверия к теме "политических беженцев" в Европе и теме отношения к некоторым правозащитникам, рекомендующим их. Они слишком долго клеветали, лгали и мошенничали на огромное количество людей, прикрываясь термином "политическое преследование". Давно пора всем все-таки увидеть, в чем состоят подобные "преследования". 
 
Не парьтесь стирать свои творчества, госпожа Гасанова. Поскольку у меня то скриншоты разосланы адвокатам + теперь ясно все, что и для чего вы делали, больное существо, когда потерли спешно.
 Так что провокатор из вас тоже  тупая пятая точка - нельзя брать в провокаторы таких клинических. Я уже устала объяснять педофилам также, что в Интернете все сохраняется и надолго. Восстановить это - дело 10 минут, даже если формально стерто. Зато как много и бесповоротно говорит о стеревшем и его чистоплотности.

Зачем вы, девушки, друг друга любите? | Статья

Как узнаваемо липкое инфантильное существо, застрявшее на уровне озабоченного арабского подростка,  известное в России как мужчино, и являющееся основной причиной ее демографических крантов. Ну и того, что Россия занесена в черные списки большинством стран по параметру "для молодых женщин".

 Только ад в России не только для лесби, но и для гетеро женщин тоже, ведь одной правды не отнимешь - настоящие мужчины русской женщине неведомы, ну если только заграницу попали.


Ну просто, Боже, спасибо за западного производителя, не иначе!))
 

 Лесби мои соболезнования.



Originally posted by moderator_tut at Зачем вы, девушки, друг друга любите? | Статья

Авторы: Жанна Голубицкая, Светлана Плешакова, фото: Наталия Губернаторова, сайт газеты "Московский Комсомолец"

Как корреспонденты "МК" смущали столичную общественность

Далеко не каждая тонкая женская натура мечтает о НЁМ — рыцаре, романтике, гусаре. Есть среди нас, девушек, и такие, кто ищет ЕЁ — нежную, верную, заботливую. Число однополых пар медленно, но верно растёт. На Западе уже вообще предлагают отказаться от слов "мама" и "папа" — только "родитель №1" и "родитель №2". Чтобы никому не было обидно. В связи с этим мы решили выяснить, как смотрят москвичи на модные мировые тенденции. Насколько свободны наши граждане от гомофобных предрассудков? Для этого две журналистки на один день стали подружками-лесбиянками.

Света: Чтобы лучше войти в роль, я зарегистрировалась на нескольких сайтах знакомств для лесбиянок. Мол, ищу подругу жизни, такую же, как я. Письма посыпались быстро — но все только от мужчин. Некоторые в первом же сообщении подробно расписывали, чего и в какой позе хотят, другие же присылали безобидные комплименты. Но я всё равно возмутилась: "Почему вы мне пишете?! Ведь я же чётко указала, что хочу общаться только с девушкой!". Смысл всех мужских ответов сводился к тому, что на самом деле лесбиянок не бывает. А есть только барышни, с которыми никто из мужиков не спит. А они, вот такие молодцы, на это согласны и готовы осчастливить заблудших дам. Тогда эти дуры, считающие себя лесбиянками, станут на путь истинный и поймут, что личное счастье немыслимо без мужчины. Теперь я поняла, почему на этих сайтах огромное количество зарегистрировавшихся — более 10 миллионов. А я-то, наивная, удивлялась: неужели столько женщин подумывают о том, чтобы найти себе не друга, а подругу жизни?

В общем, из лесби мне написали лишь две юные девы лет 20–23, которые предлагали услуги не безвозмездно, да полногрудая особа средних лет, сфотографировавшая только свой торс. Наверное, сторонниц однополой любви всё-таки не так много...

Но тогда им тем более тяжело! И мы с коллегой решились примерить на себя образы подружек-любовниц, живущих в большом городе. Посмотрим, как на нас будут реагировать окружающие, и выясним — легко ли быть лесбиянкой?

Collapse )

Это жутко! too bloodcurdling for words

Я прекрасно пониманию мерзость сущности Алексеева, но вот это читать спокойно нельзя.
Это не 1/6 суши, это дикий озверевший деградировавший заповедник, выращивающий своих, к счастью, уменьшающихся в числах, уродливых шакалят на Манежную.


«Нам надо, чтобы о геях узнала обычная семья гопников»



Корреспонденты «Новой» провели три дня с организаторами Московского гей-парада, чтобы понять, зачем они выходят на улицу и почему им мешают это делать

Четверг, два дня до гей-парада. Кафе около Тверской. Сидим впятером: мы с фотографом, Леша, Абу и Тим.

У Тим красивое женственное лицо, но мужская пластика, жестикуляция и одежда. Волосы Тим обычно стрижет коротко, но сейчас отращивает: «К родителям еду». Родители у Тим — в Дагестане.

— Меня отчим проклял, — спокойно говорит Тим. — Да не, он не знает, что я с девушками встречаюсь, тогда бы вообще убил. Просто за то, что из дома сбежала. Он-то хотел, чтобы я как все: вышла замуж, сидела дома, рожала детей. Я даже если бы была нормальной, все равно такой жизнью жить не хотела.

Когда Тим понадобилась регистрация, ее прописал у себя двоюродный брат, милиционер из города Лебедянь. После прошлого гей-парада на его адрес пришло уведомление, что Тим была задержана за административное правонарушение. «Начальник брата вызвал и говорит: или ты ее выписываешь — или в органах не работаешь».

По телевизору Тим увидел на гей-параде начальник. Пришлось искать новую работу. Ее подруга была вынуждена переехать: новости посмотрела квартирная хозяйка.

После прошлых парадов милиция взяла на «списочный учет» активиста Николая, трансгендера* Аню и руководителя питерской ЛГБТ**-организации «Равноправие» Юру Гаврикова.

Юра, правда, не расстроился: в соседнем от него доме живет руководитель местного националистического «Народного собора». Поэтому весь Юрин подъезд и без того в надписях: «Здесь живет пид…ас».

Абу и Леша вдвоем держат небольшой магазин на рынке. О том, что они пара, на рынке не знают: «Покупателей не будет. Мы для них станем вроде как нечистые».

Война с леворукостью

Зачем нужен гей-парад, Леша объясняет военными терминами: «борьба на всех уровнях», «подготовка стратегической культурной революции», «одна из форм утверждения гомосексуальности как нормы».

Считается, что в любом обществе геи составляют 6—7%. Но на парад каждый год выходит человек 30.

Московские геи — как политическая оппозиция: расколоты, не могут определиться с лидером и методами и не ладят между собой. Активисты нескольких ЛГБТ-организаций говорили мне, что не хотят участвовать в провокации, а за организатором парада Николаем Алексеевым вообще никуда не пойдут.

— Мы не провоцируем общество, — не согласен Леша. — Мы хотим, чтобы оно услышало, что мы есть, нас много, мы не опасны. Открытость геев — единственный способ их интеграции.

— Мне что, я в Москве, — заводится Тим. — У меня гей-клубы, магазины, лесби-тусовка на «Пушке»… Я могу целоваться на улице — в центре, конечно, в Выхине уже изобьют. Но не дай бог гею жить где-нибудь в Архангельске или Тамбове. Вот за его права я и выйду на площадь.

Повторяю самое частое обвинение организаторам гей-парада — в пропаганде гомосексуализма. «Его не нужно пропагандировать! — перебивает Тим. — Когда я первый раз влюбилась в девочку, мне было 12 лет, у меня не было интернета, я не знала слова «лесбиянка». А запрещать быть геем — тупо. Все равно что гнобить евреев. Я пока не попала в Москву, не знала, что их не любят. В Дагестане такого нет».

— Это как запрещать голубоглазость и леворукость, — добавляет Леша. — Вот ты левой рукой пишешь. Ты не такая, как мы!

Все трое молча смотрят на меня. Чувствую себя меньшинством. Ужасно неуютно.

Гей-парад — самое громкое гей-событие года. Помимо него идут разнообразные марши, фестивали гей-фильмов, концерты, издаются брошюры о правах геев в России. Как объясняет Леша — это все «для своих».

— О них услышит максимум 10 тысяч человек. Но нам надо, чтобы о геях узнала обычная семья гопников. Потому что в гоп-семье тоже может родиться гей. Мы это знаем. Мы в таких семьях росли.

Леша — из города Грязи Липецкой области. Единственный выход для гея в Грязях — забыть, что он гей, всю жизнь скрываться или уехать в Москву.

— Мама очень тяжело переживает: плачет, думает, вдруг я изменюсь, — говорит Леша. — Но если бы я не сказал, пришлось бы всю жизнь врать.

— Я в Махачкале даже домой зайти не могу, — говорит Тим. — Живу у друзей, встречаюсь с мамой на улице. Только брат про меня знает. Я его в Москве в гей-клуб водила. Он пришел, посмотрел: «Че, нормальные ребята. Неужели пид…сы?»

— У моих знакомых все руки в шрамах. — Тим вытягивает вперед обе руки, сжимает кулаки. — Они так и показывают: это я вены резал, когда сам про себя понял. Это — после того, как родители выгнали. Это — когда в школе узнали.

Молчим.

— А мне мама позвонила: приезжай летом, будешь жениться, — вдруг говорит Абу. — Но я родителям скажу. Они у меня современные. Правда, мама больная: возраст, давление… Но я скажу обязательно. Потом.

Против фашизма

Утро пятницы, отель Ritz-Carlton, пресс-конференция московского гей-парада.

В прошлом октябре организатор гей-парада Николай Алексеев добился, чтобы Страсбургский суд признал: запреты прошедших парадов противоречат Европейской конвенции о защите прав человека. В апреле вердикт вступил в силу, но нынешний гей-парад все равно был запрещен, уже в шестой раз.

— Если завтра правоохранительные органы разгонят участников мирной демонстрации — вся ответственность ляжет на московские власти, — торжественно говорит Алексеев с трибуны. — Если завтра наш парад разгонят, послезавтра мы поставим вопрос об исключении России из Совета Европы.

Русские журналисты усмехаются, иностранные записывают.

Участники парада возложат цветы на Могилу Неизвестного Солдата в Александровском саду, с пафосом объявляет Алексеев. Затем придут к мэрии на Тверской.

— Так геи и лесбиянки почтут память борцов с фашизмом и выразят протест против гомофобного фашизма, процветающего в России, — говорит Алексеев. Выбор места попахивает спекуляцией. Кажется, я понимаю, почему Алексеева не любят в ЛГБТ-среде.

Голубые как оранжевые

— Ну опять ты завис?! — подземный переход под Тверской. Абу застывает перед витриной с украшениями, Леша со смехом подталкивает его в спину, шутливо борются.

Пятница, 16.00. Нас ведут на конспиративную квартиру, которую сняли для приехавших на парад иностранцев и оперативных совещаний. Вчера здесь полдня спорили, где проводить митинг. Теперь на кухне варят пельмени и обсуждают тактику борьбы.

— Подходим небольшими группами, быстро разворачиваем плакаты, сразу начинаем скандировать, — инструктирует трансгендер Аня. Он (о себе Аня говорит в мужском роде) принимал участие в четырех парадах, в 2007 году был избит и неделю провалялся с сотрясением мозга. — Чем заметнее мы будем, тем больше эффект и тем быстрее заберут менты.

Менты — спасение. Если они не повяжут, изобьют гомофобы. На прошлые парады приходили до 300 накачанных парней из националистических движений и фанатских группировок. Леша помнит, как в 2007-м милиционеры 20 минут ждали, пока его, повалив на землю, лупили ногами с десяток нацистов.

— …По одному не ходим, толпой тоже: запалят. По дороге стараемся не выделяться. Андрей, ты можешь иначе одеться? Штаны широкие?

— У меня широких нет. — Высокий худой Андрей с копной золотистых волос растерянно осматривает свои джинсы. Из-под них торчат розовые ботинки с острыми носами. — У меня все такие…

Кажется, что попал в подпольную революционную ячейку: вокруг обсуждают тактику боя, алгоритм поведения в участке, работу общественного сознания… Помнится, когда-то в подвале запрещенной партии НБП шли такие же разговоры.

— Мы делаем то же, что вся оппозиция, от «Стратегии-31» до лимоновцев, — соглашается Леша. — Боремся за свободу собраний и слова — фундаментальные конституционные права. Когда их нет, общество становится тоталитарным. Разница только в том, что оппозиционеры воюют за свои взгляды. Мы — за то, с чем мы родились.

Безопасный город

В гостиной фотограф-американец по очереди выстраивает всех у окна. Он уже который год приезжает снимать московские гей-парады, делает портреты участников.

Юная Дина поправляет рыжую челку.

— Дин, прикинь, ты у нас что, одна только лесбиянка?

— А Тим?

— Какой я вам лесбиянка?! — обижается Тим и идет позировать. — Люблю фотографироваться, — застенчиво объясняет она.

Николай Алексеев в костюме и розовой рубашке дает интервью зарубежному журналисту. «Российское общество само придет к толерантности? — спрашивает корреспондент.

— Что?! — подпрыгивает Алексеев. — Донт мэйк май сокс лаф (Не смешите мои носки)!

На балконе сидит Питер. Он из Лондона, приехал со своим бойфрендом специально на гей-парад: «Дома у меня есть все права, и мне кажется это естественным. А здесь я не смогу пройти по улице, держа любимого за руку». Просит латиницей написать фразу: Trebuyu britanskogo konsula! — на случай ареста. Говорит, что предпочитает на улицу не выходить.

— Да ладно, Москва безопасный город.

— Шутишь?! — Питер взмахивает листком с фразой про консула.

…Вечер, все начинают расходиться. У Абу и Леши первое занятие на курсах английского; режиссера Владимира Ивановича, который каждый год снимает парады, ждет жена.

Леша выходит первым, Абу надевает куртку, долго вертится перед зеркалом.

— Вот выучу английский — и уеду. Как думаешь, года хватит? Я еще нигде не был. Не смогу я в России жить. Я детей очень хочу.

Как говорит Леша, все русские геи, у которых есть образование и профессия, — уже за границей.

Другая страна

Суббота, 9 утра. Квартира на Варшавском шоссе.

Андрей с бойфрендом Сашей рисуют плакаты: «Любовь бывает разного цвета, и я горжусь тем, что я гей»; «Россия не Иран, закон здесь — Конституция, Библия — не норма права. Требуем соблюдения права геев на мирный протест».

Выходит сонная мама Андрея, здоровается, начинает собираться: на митинг она пойдет с сыном.

Coming out (момент, когда гей сообщает окружающим о своей гомосексуальности) произошел у Андрея в 15 лет. «Мама и раньше догадывалась. Поддержала меня сразу, книги по психологии стала читать». Теперь все друзья, знакомые и клиенты (у Андрея своя юридическая фирма) знают, что он гей. В его среде такое — редкость.

— Мне повезло. Но я все равно чувствую себя меньшинством. Представьте, что негативную реакцию большинства станут вызывать акции инвалидов. Что, они тоже не смогут заявить о себе?

Как рассказывал Леша, несколько лет назад в гей-клубах были железные двери и оцепление охраны. Сейчас туда ходят натуралы, дверей нет, и охрана не требуется. «Так будет и с парадами. В Европе и США их тоже когда-то разгоняли. Но потом случился социальный coming out».

По словам Андрея, с каждым годом гомофобов на парады приходит все меньше. «На первый же разрешенный митинг выйдут больше 200 геев, на второй — тысяча. И у нас будет уже другая страна».

В странах, где к геям относятся хорошо, говорит Леша, хорошо живут все.

Разгон

— Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ…

Суббота, полдень, час до парада. Ворота к Могиле Неизвестного Солдата заперты, территория перед памятником Жукову огорожена. Кажется, город готовится к войне.

На пятачке перед гостиницей «Москва» поют члены Союза православных хоругвеносцев. Позади кучкуются старушки с иконами.

— Им же платят небось, — объясняет одна. — Вон, Европейский суд сказал 30 тысяч евро заплатить.

— Да их, бедных, в прошлый раз так по асфальту валяли, прям в крови были. Я бы и за 30 тыщ не пошла.

— Мы православные русские люди, мы умеем силой молитвы разгонять бесов, — подняв крест, торжественно произносит бородатый хоругвеносец. Я записываю в блокнот.

— Ой, левой рукой пишет, — вдруг хватает меня старушка в платке. — Дурной у тебя род, девка, дурной, и креста-то на тебе нет…

— Не обращайте внимания, — наклоняется ко мне человек в папахе и майке с эмблемой Союза хоругвеносцев. — Сюда вообще странные люди приходят.

Вокруг — густая толпа молодых людей в спортивной одежде, некоторые — в майках с имперским флагом и с закрытыми шарфами лицами.

Леша и Тим появляются внезапно. Выбрасывают в воздух радужный флаг, кричат. Минута — и Тим уже ведут, держа за горло, пригнув к земле. «Помедленнее! Я девушка, и мне больно!» — вырывается она. Гомофобы валят Лешу на землю, бьют ногами.

Плакаты Андрея и Саши вырывают в секунды. Аня едва успевает достать транспарант, как его уже хватают за руки, валят на землю, бьют по голове.

Дэна Чоя, американца, который когда-то добился отмены запрета на службу в армии США, несут в автозак. На белой рубашке пятна грязи: Дэна пинали, повалив на землю.

К автозаку тащат длинноволосую девушку. Позже выяснится, что ее зовут Лиза, она шла мимо, но, видя, как избивают участников, схватила Лешин лозунг и встала вместо него.

Последним ведут парня в темных очках и с упавшим с лица платком. «У-бей пидо-раса!» — скандирует он.

— Ты че, это не их, — останавливает один полицейский другого. Отталкивает парня. — Иди давай.

Толпа на площади становится гуще, скандируют: «Со-дом не пройдет!».

Телефон Алексеева не отвечает. Я не вижу, как берут Питера и остальных. Пропускаю, когда радужный флаг разворачивает наша коллега Лена Костюченко, и только позже увижу съемку, как молодой парень подбегает к ней и бьет — сзади, сверху вниз — кулаком по голове. Как полиция тащит, хватая за волосы и почти сдирая майку, Ленину девушку Аню.

— Отжимаем репортеров, отжимаем, — несется команда. Справа, со стороны Александровского сада, движется оцепление. Полицейские грубо толкают прохожих в спину. Они теснят журналистов, нацистов, туристов. Рядом заливается плачем ребенок, шумит группа корейских туристов, падает на асфальт обвешанный камерами фотограф. Оцепление движется дальше, в сторону Площади революции. Но полицейских не хватает, живая цепь не перегораживает всю улицу, и прохожие догадаются обойти ее сбоку. Полицейские мрачно и торжественно продолжают маршировать в пустоте.

Дина

— Ну всё, короче. Пиз…ц. Всех наших взяли, на Тверскую идти некому. — С Диной сталкиваюсь около автозаков. Полиция схватила ее одновременно с Лешей и Тим, выкрутила руки, подставляя скинам. Но одна из старушек в платке вступилась, заголосила: «Ой, девочку бьют, девочку отпустите, ироды!» Полицейский опешил, Дина вырвалась.

— Я — бежать, за мной — скины, — тяжело дышит Дина. — Черт, увидят родители по телику — точно убьют.

Дина тоже из Дагестана. Девочки ей стали нравиться с детства, а три года назад серьезно влюбилась.

— Только она меня бросила. Мне так плохо было. — Мы с Диной быстро идем к Тверской. — Я ей постоянно звонила, SMS-ки писала: люблю, вернись. А потом в обморок упала. Пока «скорая» ехала, родители взяли телефон, прочли SMS. Избили меня ужасно.

Так Дина и сбежала из дома.

В Дагестан она больше не возвращалась, но знает, что братья приезжали в Москву ее искать. «Нашли бы — убили. Они так и сказали: лучше ты сдохнешь, чем будешь семью позорить. Да не, они не религиозные, ничего такого. Просто убили бы». Иногда Дина звонит матери и сестре. Они тоже говорят, что лучше бы она умерла, но все равно любят. «А теперь увидят по телевизору — и я даже не знаю».

…Когда Тим сажали в автозак, она отворачивалась, закрывая лицо от камер. Полицейский заметил, схватил Тим за волосы, дернул: «Руки убери. Сюда смотри», — и развернул лицом к камерам.

Спецоперация

— Ща, давай переждем. — Дина отходит в сторону, закуривает, руки у нее дрожат. — Видишь двух бритых за нами? За мной гнались. Но я кепку сняла — и в толпу.

Двое бритоголовых парней вдруг отделяются от потока людей и идут к нам. Дина съеживается.

— Девушки, как к мэрии выйти? — спрашивает один.

— Прямо и направо, — машу в сторону Лубянки. Парни уходят.

Мимо в сторону Тверской движется плотная толпа. Нас обгоняет пятеро щуплых подростков. «Мы им вторую Манежку устроим!» — захлебываясь от восторга, орет один.

….Парад на Тверской сводится к задержанию трех женщин: двух активисток арт-группы «Война», начавших скандировать «Позор гомофобам!», и девушки, которая вышла из толпы и перед камерами начала говорить о толерантности. Девушку молча схватили двое людей в спортивных майках и шортах и унесли в автобус без опознавательных знаков. Журналистов, которые бросились следом, оттеснили такие же люди в штатском.

Андрея, Лешу, Тим и иностранцев увезли в Пресненское УВД. В автозаке во дворе отделения их продержали три часа. Дэн Чой выкрикивал единственное известное ему русское слово: «Дискри-ми-нация!», за что был пересажен в туалет внутри автозака.

Высунувшись из окна, Леша объяснял полицейским, что согласно психоанализу гомофобы — латентные геи, которые боятся признаться самим себе.

— Слышь, давай сюда, тут пацан отжигает, — кричал в рацию полицейский.

Отпустили всех еще через два часа.

Алексееву я дозвонилась только вечером. «Соратники отговорили меня идти на площадь. Если бы меня задержали, я бы сел на 15 суток, а я не могу так рисковать», — сказал он, и стало окончательно ясно, что бороться за права геев в России некому.

P.S. Спецоперация по разгону гей-парада заняла полчаса. Их хватило, чтобы несколько сотен полицейских скрутили 18 участников и десяток гомофобов. Справились с девушками по 40 килограммов веса. Перепугали иностранных туристов и детей.

Как говорили ребята, они всего лишь хотели показать, что они существуют. Кажется, удалось: над разгоном двадцати молодых людей работали все столичные внутренние войска.

Елена Рачева
Анна Артемьева

31.05.2011

(no subject)


   Дорогие други и враги. Я знаю, что добиться моего внимания вообще сложно и многие мечтают, а последнее время было вообще невозможно, ни одним из известных современному развращенному техническим прогрессом населению способом. 

  Я не отправилась на остров Борнео, бо я все равно не съедобна, и так и не осуществила мечту по переселению в Аргентину (пока).

 Я просто медленно, но верно, возвращаюсь в послеоперационное житие. И вскоре я еще покажу вам всем ЕЕ, мать Кузьмы, мы еще с вами повеселимся, троглодиты! 

 
  Кстати, жизненное настигло и там. Выхожу я после оп. ощущая себя за 5 мин до морга, тошнит, больно, кровь хлещет. Вижу, выходит девушка из магазина с пивом, тут к ней два пацана чуть ли не ее возраста, с удостоверением прокурорских: спрашивают паспорт, удостоверяются, что 18 нет, и тащут обратно в магазин. В робкой надежде говорю: А можно я сейчас куплю пиво, а вы мне польстите, а??
 По их недоуменным лицам поняла, что даже если я щас куплю водки, у меня уже точно никто никогда не спросит паспорт - и с этим надо научиться жить.

Бесславные ублюдки - перепост

История выплыла благодаря Магомеду, за что ему отдельное спасибо, и нашумевшему делу Залины Аюбовой, поднятому дагестанскими блоггерами.
 Сразу скажу, у меня не было желания сильно оглашать тот факт, что мы решили взяться за это дело. При всей своей ужасности оно довольно заурядное. У нас не менее дюжины таких дел из разных регионов по сценарию "харассмента на рабочем месте" и примерно пол-дюжны еще из Мск и региона. Обычно мы их даже не оглашаем. Редко юристы, работающие по таким делам, сами что-то пишут от себя или организации. 
 Но видя какой эффект имеет гражданская активность блоггеров, думаю, все же надо переступить через все побочные явления. Этой семье очень нужна помощь,хотя бы моральная, потому что судя по всему, путь нам предстоит здесь долгий и нелегкий. А свою немалую долю увещеваний о собственной беззащитности эта семья уже получила.

9 июля 2009 года два сотрудника комитета по земельным ресурсам Дербента заманили в свой офис несовершеннолетнюю Олесю* (16 лет) и в извращённой форме изнасиловали её. Все попытки родителей Олеси привлечь насильников к уголовной ответственности оказались тщетными. Насильники как ни в чём ни бывало разгуливают на свободе, а руководитель Дербентского межрайонного следственного отдела СУ СКП РФ по РД (далее – МРСО СУ СПК РФ по РД) возбудил уголовное дело против пострадавшей за «заведомо ложный донос» (ст. 306 УК РФ).

 
Collapse )